Каких условно-графических изображений нет в Боевом уставе подразделений пожарной охраны
С 1 марта 2025 года вступил в силу новый Боевой устав подразделений пожарной охраны, утвержденный приказом МЧС России № 777 от 16 сентября 2024 г. Документ заменил устав 2017 года и в ряде аспектов стал шагом вперед. Так, уточнены обязанности диспетчера, регламентировано применение СИЗОД, скорректированы условия создания оперативного штаба. Впервые в приложении с условными обозначениями появились знаки для беспилотных авиационных систем. Данный факт говорит о том, что официальный документ начал признавать роль «дронов» в разведке и мониторинге пожара.
Однако есть и неудобная сторона, которая проявляется в том, что система символов нового Боевого устава не успевает за развитием техники и тактики. Когда на месте пожара разворачивают насосно-рукавный комплекс «Водолей», применяют тактическую вентиляцию или подают компрессионную пену, РТП на схеме расстановки сил и средств не находит для них стандартизированного обозначения. Это не мелочь, в условиях дефицита времени «визуальный язык» между РТП и боевыми участками должен работать без слепых зон.
Сравнение редакций Боевых уставов показывает, что приказ МЧС России № 777 действительно добавил некоторые обозначения. По данным сравнительного анализа, в новом документе добавлены условные обозначения беспилотных авиационных систем. Направление верное. Но проблема в том, что одного знака для БПЛА недостаточно, чтобы закрыть структурное отставание всей системы.
Рассмотрим несколько показательных примеров.
Первый – пожарная техника. Насосно-рукавные комплексы полностью отсутствуют. «Водолей» – мобильная система с большой пропускной способностью, способная забирать воду с глубины до 30 метров и предназначенная для подачи воды на большие расстояния при тушении крупных пожаров. При этом еще до разработки Боевого устава 2017 года существовали аналогичные по назначению комплексы «Шквал» и «Поток». Эти машины не экспериментальные образцы. Они уже применяются при тушении крупных природных и техногенных пожаров. Но ни в старом, ни в новом Боевом уставе нет ни одного графического символа, которым можно было бы обозначить «насосно-рукавный комплекс».
Погружные пожарные насосы также не получили собственного знака. Существующий символ «мотопомпа пожарная» делит оборудование лишь на переносное и прицепное, но не отражает принципиально иной класс – насосы, работающие в погруженном состоянии. На схемах они чаще всего отсутствуют, хотя применяются при тушении пожара или при ликвидации последствий подтоплений.
Автонасосы общего и целевого применения обозначаются единым символом «автонасос пожарный». ГОСТ Р 58791-2019 предусматривает возможность конкретизации символов с помощью буквенных обозначений по ГОСТ Р 53247, в том числе для АНР. Однако в приложении к уставу эта возможность не задействована: АНР-40 и АНР-100 на схеме выглядят одинаково, хотя их тактические возможности несопоставимы.
Автоцистерны с насосом нормального давления и с комбинированным насосом (ступень высокого давления) еще одна позиция, где общий символ скрывает принципиальную разницу. При этом ключевым параметром, который не находит отражения на схеме, остается производительность пожарного насоса. АЦ-40 и АЦ-60 или АЦ с насосом высокого давления способны подавать разный объем воды на разных напорах, что напрямую влияет на выбор решающего направления и расстановку сил. На схеме же все они обозначаются одинаково символом «пожарная автоцистерна».
ГОСТ Р 58791-2019 уже дает основу: буквенные обозначения типов пожарных автомобилей используются для построения конкретизированных графических символов, например «АЦ» – автоцистерна, «АЦЛ» – автоцистерна с лестницей. Эту логику «базовый и буквенный символ» можно распространить на специальную технику: общий базовый знак «НРК» с модификаторами «В», «Ш», «П» охватил бы «Водолей», «Шквал» и «Поток».
Второй – тактическая вентиляция как тактический прием не имеет собственного знака. Тактическая вентиляция – это управление газообменом на пожаре с помощью специального оборудования для снижения опасных факторов и создания приемлемых условий для тушения и спасения. В последние годы она активно внедряется в практику. Газодымозащитники многих пожарно-спасательных гарнизонов провели пожарно-тактические учения по тактической вентиляции, в том числе применяли ее на реальных пожарах, что говорит о переходе этого приема в разряд штатных. Однако в приложении к уставу устройство дымоудаления представлено лишь простым символом «дымосос пожарный». Он не позволяет отразить тактический замысел: приточная это вентиляция или вытяжная, как расположены вход и выход, куда направлен поток. Ответов на эти вопросы в существующей символике нет.
Третий – компрессионная пена не имеет отдельного обозначения. В таблице символов есть разделение пены на низкой, средней и высокой кратности, но компрессионная пена – газожидкостная смесь, формируемая с подачей сжатого воздуха, обладающая высокой адгезией, малыми потерями воды и высокой огнетушащей эффективностью, отдельно не выделена. Ее применение на реальных пожарах уже подтверждено практикой, но символика по-прежнему относит ее к общей категории «пена».
Четвертый – отдельные виды специальной техники остаются «безымянными». Ствол «Кобра» когда-то имел обозначение, теперь его нет. Еще показательнее ситуация с пожарными роботами, лафетными стволами с дистанционным управлением, мобильными дымососами с пеногенерирующим устройством. Для них либо используют обобщенный символ, либо не находят никакого. Обозначать дистанционно управляемый лафетный ствол символом «лафетный ствол» – то же самое, что рисовать общий контур автомобиля вместо конкретной спецмашины, то есть информация теряется.
К перечисленным пробелам следует добавить еще несколько позиций, которые сегодня остаются вне системы условных графических обозначений.
Гидравлический аварийно-спасательный инструмент, такой как насосные станции, гидроцилиндры, расширители, кусачки, комбинированные ножницы – не имеет ни базового, ни конкретизированного символа в приложении к Боевому уставу. Между тем ГАСИ применяется при деблокировании пострадавших в ДТП, при разборе завалов, при вскрытии конструкций. На схемах расстановки сил его либо не показывают вовсе, либо обозначают абстрактным «инструментом», не различая гидравлический, пневматический и электрический приводы. Показательно, что ГОСТ Р 58791-2019, на который опирается устав, прямо предусматривает использование конкретизированных символов с буквенными и цифровыми обозначениями для «более полной технической характеристики обозначаемого объекта», однако в приложении к уставу эта возможность для ГАСИ не реализована.
Бензорезы и бензопилы как инструмент вскрытия конструкций не имеют отдельного обозначения. В перечне символов присутствуют лестницы, багор, лом, но инструмент для резки – бензорез и бензопила не формализованы. Между тем в практике ГДЗС бензорез является штатным средством вскрытия дверей и конструкций при сильном задымлении, когда это «может быть единственный способ проверки квартир». На схемах расстановки сил эти средства либо не показывают, либо обозначают текстом.
Места вскрытия конструкций (кровли, стен, перекрытий) также не имеют устоявшегося графического обозначения в Боевом уставе. Существующая практика проектной документации использует схемы расположения мест вскрытий с конкретными геометрическими привязками, но в оперативных схемах пожаротушения этот опыт не применяется. Между тем именно от своевременного вскрытия зависит эффективность тактической вентиляции и подача стволов на решающем направлении.
Пятый – органы управления на месте вызова. Оперативная группа у штаба пожаротушения еще одна позиция, отсутствующая в символике. Штаб пожаротушения обозначается красным флагом или световым указателем, но его оперативная группа как структурная единица, выполняющая конкретные задачи по сбору и анализу обстановки отдельного обозначения не имеет. Это затрудняет отражение на схеме распределения задач внутри штаба и взаимодействия его членов с боевыми участками.
Символ – это не просто «картинка для схемы», это носитель тактического мышления. Стандартизированный знак означает, что соответствующий тактический прием признан частью системы, что его стоит наносить на схему. Когда у тактической вентиляции нет своего символа, РТП или штаб при планировании не рассматривает ее как «штатную опцию». Когда у насосно-рукавного комплекса нет графического обозначения, начальник штаба на схеме расстановки сил вынужден изображать его абстрактным символом. Отсутствие символа означает отсутствие тактической опции.
Разумеется, решение не в том, чтобы «на каждую новую машину добавлять отдельный знак». Тогда таблица символов станет безразмерной и потеряет читаемость. Более разумный путь заключается в создании расширяемой системы построения обозначений.
Эти пробелы не просто «неполнота таблицы». Они означают, что целые классы тактических возможностей остаются за пределами формализованного визуального языка. Когда на схеме нет символа для ГАСИ, погружного насоса, бензореза или места вскрытия, РТП или штаб при планировании фактически «не видит» эти средства. А значит, не учитывает их в расчете сил и средств в той мере, в какой они этого заслуживают.
Что стоит за отставанием символики? На первый взгляд это техническая проблема: «знаки не успели». Но при более внимательном взгляде обнаруживается более глубокое противоречие в виде разрыва между темпами развития техники и темпами стандартизации тактических обозначений.
Приказ МЧС России № 777 – это возможность, которой нужно воспользоваться. Сам факт включения БПЛА в символику говорит о том, что МЧС России не работает в закрытом режиме. Но появление одного знака не должно стать финальной точкой, а должно стать началом более масштабного обновления.
Для читателей «Портала пожарной и промышленной безопасности» – начальников караулов, начальников пожарно-спасательных частей, специалистов по пожарной технике, разработчиков нормативов – эта проблема заслуживает серьезного внимания. Техника идет вперед. Тактика меняется. Символика не должна оставаться на месте.
